В 2025 году совокупный дефицит торгового баланса Европейского Союза с Китаем достиг 359,9 миллиарда евро (около 411,4 миллиарда долларов США), что на 2,7% больше, чем в 2024 году, но на 9,4% меньше пикового показателя 2022 года. При этом в количественном выражении дефицит вырос с 44,8 миллиона тонн продукции в 2024 году до 58,1 миллиона тонн в 2025 году. За десятилетие (с 2015 по 2025 год) дефицит в тоннах увеличился в 5,2 раза при увеличении стоимости в 2,4 раза.

Отношения Европейского Союза с Китаем все больше напоминают структурную перестройку, которая сопровождается усугублением дисбаланса в торговле и инвестициях. На рынке химикатов это имеет особое значение, поскольку химическая промышленность ЕС находится в центре внимания в вопросах защиты торговли, во многом зависит от китайского рынка и является предметом значимых антидемпинговых решений за последнее время.

Ключевые цифры

Структура поставок из Китая в Евросоюз сместилась в сторону продукции с большим объемом производства и меньшей себестоимостью единицы, что, по мнению экономистов, связано с переориентацией избыточных мощностей с внутреннего потребления на экспорт. Двусторонние торговые потоки усиливают асимметрию: Китай стал четвертым по величине экспортным направлением для ЕС (после Швейцарии), оставаясь при этом крупнейшим источником импорта. Экспорт из Евросоюза в Китай сократился на 6,5% в годовом исчислении до 199,5 миллиарда евро в 2025 году, в то время как импорт из Китая вырос на 6,4% до 559,5 миллиарда евро. Промышленные товары доминируют в обоих направлениях торговли (97,3% импорта ЕС из Китая и 86,2% экспорта в 2025 году).

На химическую промышленность приходится 16,2% экспорта из Европейского Союза в Китай и всего 9,8% импорта. Эксперты CEFIC по вопросам торговли связывают это структурное несоответствие с риском ответных мер, поскольку европейская химическая промышленность обеспечивает более 30% своих общих продаж за рубежом. В абсолютном выражении импорт химикатов из Китая в ЕС достиг примерно 66,6 миллиарда долларов в 2024 году, что примерно вдвое больше, чем десять лет назад. При этом доля сектора в общем объеме импорта остается сравнительно небольшой по сравнению с машиностроением и транспортными средствами.

Ставки пошлин по видам продукции

В своей политике Брюссель перешел от стратегических документов к пересмотру пошлин. По оценкам CEFIC, на сектор химикатов приходится от одной трети до половины всех активных расследований Генерального директората по торговле, а недавние решения показывают масштабы искажения цен, выявленные Комиссией на конкретных товарных рынках.

В марте 2026 года было принято решение о введении пошлины в размере 122,8% для поставок на внутренний рынок объемом в 18 миллионов евро. При этом весь объем импорта в размере 9,7 миллионов евро приходится на Китай. Этот пример иллюстрирует, насколько узко Комиссия может рассматривать отдельные товарные категории после установления демпинга. К примеру, адипиновая кислота в мае 2026 года облагалась пошлинами в размере 30-40%, что напрямую влияет на цепочки создания стоимости, которые связаны с нейлоном и полиамидом.

В этом контексте можно упомянуть об агрессивной позиции США в отношении метилендифенилдиизоцианата, где пошлины достигают более 150% для китайских производителей. Такой подход служит ориентиром для сторонников торговой политики ЕС, которые утверждают, что ответ Брюсселя является сравнительно сдержанным.

Сокращение производственных мощностей в Европейском Союзе

Противоположностью расширению производственных мощностей в Китае стало их сокращение в ЕС. Данные CEFIC показывают, что в совокупности закрытые химических заводов в Европе привело к снижению производства на 37 миллионов тонн, что составляет примерно 9% от объема продукции, изготовленной с 2022 года. Кроме того, предприятиям отрасли пришлось сократить около 20 тысяч работников.

По данным Wood Mackenzie, эта тенденция тесно связана с дефицитом мощностей. Китай в настоящее время владеет 23% мировых мощностей по производству этилена. В период с 2019 по 2024 год в стране появилось больше новых мощностей по производству этилена и пропилена, чем в совокупности насчитывается в Европе, Японии и Южной Корее. Доля европейских стран в производстве этилена упала примерно до 10% мировых мощностей.

Аналитики отмечают, что некоторые китайские предприятия работают с коэффициентом загрузки всего 50%, хотя для достижения рентабельности с точки зрения западных стандартов необходимо преодолеть порог в 80%. Таким образом, продолжающийся рост производства в Китае поддерживается скорее за счет внутренней политики, а не законов экономики.

Особенности инвестиционных потоков

Наиболее значимые изменения для участников рынка могут касаться не столько торговли товарами, сколько направлений движения капитала. Объем инвестиций ЕС в Китай в 2024 году составил 239,3 миллиарда евро, что примерно в три раза превышает объем инвестиций Китая в ЕС. В третьем квартале 2025 года приток прямых инвестиций Евросоюза в Китай упал до 1,1 миллиарда евро, что является минимумом за восемь кварталов. Инвестиции из Европы продолжают концентрироваться в автомобильной, фармацевтической и биотехнологической отраслях, а также в производстве основных материалов – секторах, где европейские компании сохраняют явное технологическое превосходство.

Китайские прямые иностранные инвестиции в ЕС демонстрируют противоположную динамику. Они увеличились с 6,4 миллиарда евро в 2023 году до 10,6 миллиарда евро в 2024 году. Основные направления для привлечения капитала включают автомобильную промышленность, индустрию развлечений, медиа, образование, а также энергетику и сырьевой сектор. Примечательно, что данные за третий квартал 2025 года показывают восстановление активности Китая в сфере приобретений в ЕС наряду с продолжающимися инвестициями в новые предприятия в автомобильной и технологической отраслях, даже несмотря на снижение числа инвестиционных инициатив. Эта тенденция соответствует более избирательному и масштабному размещению китайского капитала, а не сокращению инвестиций.

Многоуровневая перестройка

В торговле рост объемов опережает рост стоимости, что является следствием формирования экспортных цен в условиях избытка мощностей. На политическом уровне применение антидемпинговых мер в отношении химикатов перешло от стратегических документов к ставкам пошлин свыше 100% на целевую продукцию. При этом на указанный сектор приходится непропорционально большая доля общего объема разбирательств по защите торговли в ЕС. Кроме того, европейские компании сокращают новые инвестиции в Китай, несмотря на то, что китайский капитал все чаще направляется на приобретения, а не на создание новых предприятий.

Для участников рынка это означает, что одних мер по защите торговли недостаточно для устранения явного дисбаланса. Пошлины на отдельные продукты, такие как фосфорная и адипиновая кислоты, направлены на устранение конкретных признаков демпинга. Однако структурные факторы, такие как масштабы производственных мощностей Китая, невыгодное положение Евросоюза в отношении стоимости энергии и растущая асимметрия потоков капитала, указывают на более длительный цикл адаптации.

Трактовка ЕС этого процесса как «снижение рисков, а не разрыв связей» предполагает продолжение избирательной защиты торговли наряду с устойчивым двусторонним диалогом в рамках ежегодного саммита и Диалога высокого уровня по экономическим и торговым вопросам, а не решительный разрыв в каком-либо направлении. Ожидается, что Европейский Союз и в дальнейшем не будет прибегать к кардинальным мерам, а продолжит свою стратегию снижения рисков посредством целенаправленного применения мер принуждения, диверсификации цепочек поставок и избирательного взаимодействия с Китаем.

По материалам alchempro.com